Главная |  Карта сайта |  Фото Унген |  Форумы |  Видеорепортажи |  Обратная связь 

Главное Меню

 
  • История Унген
  • Античная история
  • Церковь А.Невского
  • Ж.Д. вокзалы
  • Виноделие в Унгенах
  • История Ж/Д Молдовы
  • Расписание Ж.Д.
  • История названия
  • Местоположение Унген
     
  • Реклама

    Рекомендуем


     

    История одного посещения Унген Л.И.Брежневым

    Из воспоминаний Виктора Андона, киноведа, опубликованных в газете "Независимая Молдова" от 08.04.2005 .

        Партийное руководство республики и Госкино МССР решило сделать Л.И.Брежневу подарок - к 65-летию со дня рождения - короткометражный документальный фильм, где соединить кадры его пребывания на посту Первого секретаря ЦК КПМ с современной хроникой. Повод для этого вскоре предоставился. Поездом "Москва-София" Брежнев вместе с Подгорным и Щербицким должны были проследовать через Кишинев и Унгены в Болгарию на X съезд Болгарской компартии. Вот тогда-то и было принято решение сделать специальный выпуск киножурнала "Советская Молдавия", посвященный пребыванию Брежнева в нашей республике. В Унгенах, пока меняли колесные пары, наметили проведение встречи Брежнева с секретарями райкомов республики, а затем и посещение агропромышленного сада нового типа близ Унген.

        Ввиду особой секретности мероприятия, точного плана пребывания этих нескольких часов Брежнева на молдавской земле не знал даже И.И.Бодюл. Брежнев по приезде поезда на Кишиневский вокзал мог все поменять, как бывало не раз. Секретарей райкомов в Унгенах все же на всякий случай, собрали. Стали срочно искать операторов, которые бы сняли это событие. День был выходной, нашли двух операторов, у которых были кинокамеры и необходимый запас черно-белой пленки. Студийные шоферы были выходными, и пришлось воспользоваться для съемок машиной из таксопарка типа "Пикап", чтобы разместить там киноаппаратуру и хотя бы малую осветительную технику.

        Были проблемы и с допуском операторов к гостям. Несмотря на то, что каждый оператор имел специальный вкладыш к студийным удостоверениям, где предписывалось всем партийным и советским организациям содействовать им в проведении съемок на территории Молдавии, в этой обстановке они не действовали, а спецпропуска изготовить не успели. Пришлось Председателю КГБ республики Черткову лично дать указание охране, чтобы те пропустили операторов к гостям на близкое расстояние для проведения съемок.

        Возникла еще одна проблема. Оказалось, что никто не подумал о том, чтобы заранее послать оператора в Унгены, а машина-такси была одна на двоих. О том, чтобы поехать на ней в Унгены, и речи не могло быть. Вся трасса Кишинев-Унгены была перекрыта. На каждом перекрестке - милиция и сотрудники госбезопасности. Еще до прихода поезда на Кишиневский вокзал пришлось операторов разделить. А.Юрьев остался снимать встречу Брежнева на вокзале в Кишиневе, а А.Бурлаку, посадили на "Волгу" И.И.Бодюла N00-01 и срочно отправили в Унгены. У Бодюла осталась его "Чайка", с четырьмя восьмерками на бампере.

         Как рассказывал мне потом Алик Бурлака, это было незабываемое зрелище. Вся трасса от Кишинева до Унген была абсолютна пустынна. "Волга" с персональными номерами И.И.Бодюла и с тонированными стеклами мчалась по этой трассе со скоростью 120 километров в час, а на каждом перекрестке ей отдавали честь офицеры милиции и КГБ.

    - Хоть на какое-то малое время, - с улыбкой рассказывал мне оператор, - я ощутил себя первым лицом нашей республики.

    - И что было дальше? - полюбопытствовал я.

    - А дальше начались новые сложности. Машину Бодюла пришлось отпустить, и она укатила обратно в Кишинев, а я остался без машины и без прикрытия со стороны охраны, которая не знала о распоряжении (к тому же отданного в устной форме) своего председателя. К счастью, Чертков вскоре приехал на своей машине. Приехал и начальник ГАИ республики полковник Коханенко, который меня хорошо знал. Ждали поезда Брежнева. И не только я, с камерой наизготове. Здесь уже собралась многочисленная журналистская братия, фоторепортеры, операторы телевидения, и каждый мечтал первым запечатлеть на пленку именитых гостей, а я, поскольку находился ближе к Черткову, который инструктировал первого секретаря Унгенского райкома партии о его дальнейших действиях по встрече Брежнева, из отрывков их разговора узнал, что поезд, не доезжая до вокзала, остановился на том месте, где будут менять колесные пары, а оттуда к вокзалу подойдут пешком. Это метров 300-400.

        Наконец, вдали показался состав, и Чертков с секретарем райкома двинулись ему навстречу. Я тихонько, с камерой наизготовке, двинулся за ними, держась на расстоянии десяти метров. Они меня даже не замечали. Нам навстречу шли Брежнев с Бодюлом и Подгорным, который в то время (1971 г.) был Председателем Президиума Верховного Совета СССР, а за ними Щербицкий и другие члены делегации. И тут застрекотал мой съемочный аппарат. Чертков даже вздрогнул от неожиданности, но потом узнал меня.

        Снимая Брежнева, я старался сделать несколько крупных планов. Но мне мешало то, что он все время затягивался сигаретой и я никак не мог улучить момент, чтобы снять крупный план без сигареты во рту. Даже невольно чертыхнулся про себя. Щербицкий, шедший за Брежневым, понял мое отчаяние, подмигнул мне и, как только Брежнев на секунду опустил вниз руку с сигаретой, Щербицкий ловко вырвал ее из руки Брежнева. Тот от неожиданности обернулся: "Кто посмел?", но Щербицкий, указав на меня глазами, шепнул ему: "Вас снимают, Леонид Ильич". И тот согласно кивнул.

    - И что было дальше?

    - Подошли мы к зданию вокзала, где ему вручили хлеб-соль, и я снял всю эту процедуру. Потом все поднялись наверх для встречи с секретарями райкомов и горкомов республики. Туда прессу уже не пустили.

        К этому времени в Унгены прикатило и наше такси. Я успел узнать, что после короткого совещания Брежнев поедет осматривать образцовый яблоневый сад промышленного типа близ Унген, и решил заранее поехать туда, чтобы встретить высоких гостей уже там, на месте. Но на переезде через железную дорогу нашу машину остановили и дальше ехать не разрешили, несмотря на все наши уговоры и доводы, что снимаем для истории. За железной дорогой было шоссе, по которому должна была проезжать делегация, направляясь в сад. Что делать? Хорошо, что нашим водителем оказался отчаянно храбрый таксист, которого, мне помнится, звали Николай. Родом он был из Унген и хорошо знал эти места. Он-то и предложил - как только колонна поравняется с переездом, вклиниться в нее сразу же за машиной охраны, и никто не успеет нас остановить. Так мы и сделали. Пока наш лейтенант отдавал честь кортежу и глазами ел начальство, Николай рванул с места и в мгновении ока сумел втиснуться в колонну за третьей или четвертой машиной. Никто даже не успел сообразить, что произошло. На бешеной скорости движется многочисленная кавалькада из черных "Зилов" и "Волг", и где-то в середине, белой вороной, маячит светла "Волга"-такси с черными шашечками. И только тогда, когда остановилась головная машина начальника ГАИ республики полковника Коханенко, а за ней и вся колонна, нас сразу же окружила охрана. Я вышел с камерой в руках. На мое счастье, тут же рядом оказался Чертков, который меня узнал. Но был он во гневе, белый как полотно. "Больше чтобы ты так никогда не делал", - сдавленным голосом произнес он.

    - По нынешним временам и правилам безопасности ты бы так легко не отделался, - заметил я. - Тебя бы сочли за террориста.

    - Возможно. Но, как говорится, нахальство - вторая натура. До приезда всей корреспондентской братии, которая появилась здесь лишь минут через пятнадцать, я успел снять все, что мне было нужно. И Брежнев, как мне кажется, сумел это оценить. Когда они уехали обратно в Унгены, за мной приехал на своей машине сам Коханенко: "Поехали со мной. Тебя Брежнев спрашивал: "Где тот отчаянный оператор?".

        Я приехал на вокзал, когда делегация уже готовилась к отъезду. Брежнев фотографировался на память с секретарями райкомов и с девушками в национальной одежде, которые при встрече вручали ему хлеб-соль и вино. И тут я, осмелев, режиссировал мизансцены, снимая все это на пленку. А когда он уже поднялся по ступенькам поезда в тамбур, вдруг кто-то вспомнил: "Леонид Ильич! Вы же мамалыгу не взяли в дорогу!". Видимо, кто-то перед этим обещал ему мамалыгу. Тут же прибежали с еще дымящейся мамалыгой и прочими приправами и занесли все это в вагон.

        Я снимал медленный отход поезда от вокзала, но вдруг кто-то заслонил от меня объектив, махая рукой вслед уходящему поезду. Я, не отрываясь от окуляра камеры, резким движением взял за плечо этого человека, думая, что это кто-то из охраны, и держал его цепко за плечо, чтобы тот опять не заслонил мне кадр. Когда съемка закончилась, и я смог посмотреть, кто же стоит рядом и мешает мне снимать, оказалось, что это был Кирилл Федорович Ильяшенко - Председатель Президиума Верховного Совета МССР. Я покраснел и стал извиняться, но он понял ситуацию и не обиделся.

    - Ничего, ничего. Я понимаю, вы работаете.

     


     
     
     

    Copyright © 2005-2014 Ungheni.RU